BLEACH: UMBRA

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » BLEACH: UMBRA » V. quest zone » Пролог. Квест 1.1 "Not dead enough"


Пролог. Квест 1.1 "Not dead enough"

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://sg.uploads.ru/aXm05.png


Улькиорра Шиффер, Гриммджо Джаггерджак, Урахара Киске, Зараки Кенпачи.
Пустыня недалеко от развалин Лас Ночес, весна, Уэко-Мундо.

Айзен свержен с трона Уэко-Мундо. Выжившие арранкары приходят в себя, пытаясь восстановить подобие предыдущего мира – нехотя, но им приходится объединяться; выживших осталось совсем немного. Ранним весенним утром капитан Зараки направляется к Урахаре Киске по просьбе Ячиру (она взяла на себя бумажную работу и обязала Кенпачи отплатить ей особыми сладостями из магазины Урахары) и даже не удивляется, когда ушлый торговец озвучивает плату – сегодня деньги его не интересуют. У Урахары имеется свой план по возвращению силы временному шинигами и, заручившись поддержкой Зараки, они оба отправляются в Уэко-Мундо, чтобы найти выживших арранкаров и заключить с ними взаимовыгодный союз. Урахара уверен, что связь Ичиго с его Пустым может помочь пробудить оставшиеся крупицы силы – и именно арранкары могут оказаться здесь незаменимыми помощниками.

0

2

Первым, что увидел Улькиорра, открыв глаза, было яркое солнце. Кватро сильно удивился – после темноты, в которую он был погружен многие часы или даже дни, свет казался ослепляющим едва ли не до слез. Шиффер не чувствовал тепла, но и мертвым тоже не был. Каждая конечность работала, и он даже смог подняться на ноги, удивляясь тому, что его последние ощущения не совпадают с тем, что он имеет сейчас. Поняв, что его состояние приближено к стабильному, Улькиорра взялся осматриваться вокруг. Сомнений в том, что он остался в Уэко Мундо, не было. Это место ни с чем другим невозможно было перепутать – оно по своему определению одно: почти что искусственное, надуманное, неживое. Только вот чувство неправильности не оставляло Кватро в покое. Что-то точно изменилось, он ощущал это кожей и всем своим естеством. Не просто в обстановке – нет, песка сколько изначально было, столько и осталось, - но в самом мире Пустых. Мощи, поддерживающей все вокруг, не стало, будто не уничтожили, а крепко-накрепко запечатали. Странное чувство. Скорее всего, уже бывший «Четвертый» ощущал некую потребность привести здесь все в относительный порядок. В таком хаосе существовать было невозможно.
Но только чтобы начать ориентироваться во времени, необходимо было вспомнить, чем все закончилось. И Шиффер решил все же восстановить в голове последние воспоминания. Сначала ничего не происходило, даже не всплывали отдельные образы и картинки, которые могли бы дать подсказку или хотя бы натолкнуть на нужные размышления и воспоминания, и в сознании творился полнейший бардак, не дающий собрать осколки в единую картинку, из которой можно было вычленить что-либо. Да только каково было удивление арранкара, когда он вспомнил себя не просто умирающим, а рассеивающимся, разлетающимся на множество песчинок, растворяющихся среди миллиона таких же, мелких и сыпучих. И это была не смерть, а исчезновение, уничтожение, полное и бесповоротное. Но сейчас… Значит, он все-таки жив? Предназначение абсолютно непонятным образом вернуло его обратно; видимо, что-то он еще не закончил из своих дел. И лишь полностью осознав то, что он все же существует, Улькиорра решил, что первым делом стоит разведать обстановку.
Убрав руки в карманы в привычной манере, Улькиорра медленно двинулся вдоль развалин Лас Ночес, осматриваясь вокруг. Да, сильно потрепало бетонную крепость Айзена-сама, только вот узнает ли он об этом? Кажется, до этого монстра уже никому нет дела, в общем-то, и не было до этого момента, когда вся Эспада была в полном составе на своих местах. Взгляд Шиффера невольно остановился на больших серых кусках стен. Эти руины выглядели как игрушечные пластмассовые кубики, раскиданные чьей-то неаккуратной рукой, которые, при умелом подходе, обязательно выстроятся в красивую башню. Но если, например, жив остался только Кватро, то он точно не собирался заниматься этим вопросом.
Медленно шагая дальше, Улькиорра то и дело прислушивался к всплескам чужой рейяцу, пытаясь понять, есть ли кто здесь еще. Занпакто верно висел на поясе под рукой, и Шифферу, собственно, нечего было бояться. Даже если сейчас у него не осталось сил на высвобождение рессурексиона, то, по крайней мере, отразить атаки мечом он сможет. Но дело было даже не в страхе. Уже стало делом принципа отыскать хоть одну живую (относительно живую) душу, чтобы понять, что это все не сон, что залитый искусственным солнцем Уэко Мундо – не иллюзия, услужливо подкинутая сознанием. И выведать окончание сражения.
Результат поисков был очень неожиданным. Не прошло и нескольких минут неспешной прогулки Кватро, прежде чем он что-то почувствовал, что-то знакомое, не такое тяжелое, как раньше, но ощутимо бьющее по рецепторам. Улькиорра нашел того, кого, наверное, хотел бы найти меньше всего. Даже песок, легко присыпавший Пустого, не мог скрыть колебаний духовной энергии, пусть совсем слабых, но не почувствовать его было невозможно. Улькиорра даже позволил себе присесть и смахнуть с чужой шевелюры лишний мусор, чтобы удостовериться в том, что это действительно тот, о ком он думал. Открытие не вызвало ровно никаких эмоций, скорее воспринялось им как факт – он точно не один, и им обоим придется мириться с существованием друг друга. Сомнений не осталось. Определенно он. Гриммджо Джаггерджак. Лучше, чем ничего, хотя, может быть, в этом случае ничего было бы лучше.
Удостоверившись в том, что Секста все еще жив, Шиффер отошел от него, давая время прийти в себя. Пока у него выдалась возможность поразмыслить над тем, что же им делать дальше, потому что, как ему казалось, никого в этой пустыне они больше не найдут; желание искать пропало сразу же, как подал голос Секста. А раз они остались только вдвоем, им придется идти на компромиссы по отношению друг к другу, и это даже не сотрудничество, а бесконечные уступки для каждого. Объединение двух не самых дружелюбных арранкаров было неизбежно – это не только вопрос времени, но и вопрос выживания в новых условиях, с которыми они были незнакомы. Если среда диктует им свои порядки, то выжить вряд ли получится. А теперь жить хотелось с новой силой.
Когда Гриммджо подал первые признаки жизни, Улькиорра даже не обернулся. Это не было нужно. И так было понятно, что Секста не особо будет рад получившейся компании, но теперь, в нынешней обстановке выбора не было.
- Кажется, мы последние,- коротко резюмировал Кватро, глядя на бетонные глыбы.

+3

3

Рассматривая из-под полуприкрытых век высокий силуэт, крепко сжимавший в руках огромное оружие, Гриммджо с силой стиснул зубы, приготовившись к заключительному удару, который, скорее всего, закончится смертью Джаггерджака. Осознание собственной ничтожности целиком захлестнуло арранкара. Пульсирующая боль от раны, оставленной Квинта Эспадой, в считанные секунды распространилась по всей груди, заполнив собой каждую клеточку тела. Увидев занесенный над собой духовный меч черного цвета, острое лезвие которого ярко сверкало и переливалось на солнце, Гриммджо, ощетинившись, стал ожидать последнего нападения, не в силах даже подняться со своего места.
Но ничего подобного так и не произошло, потому что уже в следующую секунду раздался оглушительный лязг скрещенных мечей. Широко распахнув глаза, Джаггерджак заметил перед собой ссутулившуюся под напором озлобленного врага фигуру Ичиго. Оскалившись, арранкар недовольно зарычал, почувствовав стремительно нараставшую ненависть. Воспользовавшись тем, что Квинта вместе с Куросаки оказались в стороне в результате непрекращавшегося боя, Секста несколько раз безуспешно попытался подняться. Ощутив себя еще более ничтожным по сравнению с рыжим шинигами, Гриммджо продолжил гневно урчать, не прекратив копошиться на одном месте. Чертов мальчишка справился уже с несколькими противниками и до сих пор продолжал упорно бороться, а Джаггерджак напомнил себе здоровенную гусеницу, которая ничего не может сделать. Мало того, что он был так сильно унижен в бою с Куросаки, так именно в этот самый момент должен был появиться одноглазый ублюдок, усмехнувшийся над его поражением. Сейчас шинигами снова не остался в стороне и ринулся защищать своего же врага от новой угрозы. Сил на какую-либо помощь рыжему мальчишке и последующее отрывание его головы, напичканной желанием спасать всех и каждого, у Гриммджо совсем не осталось. Громкие звуки многочисленных ударов все еще продолжались, но на этот раз они раздавались значительно дальше, окружив сознание мнимым ореолом спокойствия. Нужно убраться отсюда. Или все-таки остаться? Черт возьми, что он сейчас сможет сделать? Необходимо было уйти, а потом вернуться и убить этого мальчишку. Да-да, именно убить.
Чуть приподнявшись и вцепившись в ближайший обломок разрушенного строения, Джаггерджак смог встать на ноги. Нет, сегодня ему придется отступить, а после этого обязательно вернуться, но уже с удвоенной силой и мощью. Шинигами должен усвоить урок. Пошатываясь из стороны в сторону, Гриммджо сделал пару шагов навстречу неизвестной ему территории, а затем споткнулся и, быстро потеряв равновесие, с нецензурными возгласами скатился куда-то вниз.
Распластавшись на песке, арранкар приоткрыл один глаз. Стремлению ни за что не сдохнуть прямо здесь и сейчас мешала невольная усталость, захватившее израненное тело. Противиться изнеможению Секста уже не смог, отключаясь и погружаясь в кромешную тьму.
Непроглядный мрак начал расходиться в стороны, когда рядом вспыхнула знакомая духовная энергия, вынудившая Джаггерджака предпринять еще одну попытку пошевелиться и освободиться от горы песка, удобно устроившейся прямо на Гриммджо. Но обладатель известной Сексте реяцу приблизился к нему значительно быстрее.
Чужие пальцы пробежались по ярким волосам, небрежно стряхнув с них песок. Фыркнув, Секста резко привстал, встряхнул головой и взглянул на потрепанные хакама, которые со временем пребывания здесь посерели и потеряли свой первостепенный вид. В глазах от слишком быстрого движения на секунду потемнело, а затем все вернулось в привычную обстановку, вынудив арранкара несколько раз сморгнуть и заново присмотреться к окружающему его миру.
- Проклятье, - проговорил Гриммджо, встав и частично отряхнувшись от мелких песчинок. Опомнившись, арранкар осторожно ощупал кончиками пальцев то самое место, куда пришелся сильнейший удар. Теперь здесь красовался новый шрам, который будто являлся продолжением того, который прежде оставил Куросаки. От прежней боли не осталось и следа, лишь легкое саднящее ощущение сопровождало каждое прикосновение к ребристой поверхности. Джаггерджак невольно передернул плечами, почувствовав, как медленно ломота распространилась по затекшему телу, проскользнув по всем мышцам сразу.
Воспоминания о последних событиях дались Сексте неохотно. Пробежали где-то рядом, задержались на несколько мгновений, а затем снова упорхнули в небытие. Лишь через некоторое время они вернулись, разом накатив на Джаггерджака, заполнив его сознание многочисленными фрагментами, которые принялись складываться в единую картинку, рассказывавшую о произошедших событиях. Рыжий мальчишка, Квинта Эспада, а потом его кратковременное путешествие, которое Гриммджо закончил здесь, тупо провалявшись на земле неопределенный срок времени.
Злость на себя самого, на шинигами, кинувшегося его спасать, которая, казалось бы, должна была давным-давно утихомириться к этому времени, вспыхнула с новой силой, увеличиваясь подобно парадоксу снежного кома.
Стоящий неподалеку Улькиорра никак не разбавлял обстановку. Неужели во время всей этой суматохи с появлением шинигами Шиффер успел ловко избавиться от всех своих врагов и остаться целым и невредимым? Чушь. О том, что арранкар столкнулся с серьезным противником, заявляла его притихшая реяцу. Плевать. Не сдох же.
«Последние?»
Хмыкнув, Джаггерджак мельком взглянул на искореженные развалины, заметив, что они не вызвали у него никаких эмоций. Ни положительных, ни отрицательных. Совсем ничего. Каких-либо ярких воспоминаний во время пребывания в этом месте у Гриммджо не осталось. Так этот мерзкий загон для идиотов выглядел даже симпатичней. По крайней мере, именно так Секста охарактеризовал этот замок про себя.
В любом случае, нужно было выбираться из этого проклятого места и искать новую дорогу, а вдвоем это будет гораздо проще, чем в гордом одиночестве. Да, здесь придется смириться с обществом вечно унылой рожи, ничего не поделаешь.
- А у меня нет желания видеть кого-то еще, - безразлично заметил Гриммджо, быстро перебрав в голове всех тех, кого знал прежде. Бросив недовольный взгляд на Шиффера, Джаггерджак добавил. – И тебя тоже.

Отредактировано Grimmjow Jaegerjaquez (2015-07-13 00:12:46)

+2

4

Исписанные листы в полнейшем беспорядке валялись по всей комнате; если бы кто-то решил прямо сейчас зайти, то не смог бы, просто утонул бы в ворохе бумаг. Урахара думал: думал обстоятельно и серьезно, отвлекаясь лишь на то, чтобы глотнуть давно уже остывший чай. Вся эта ситуация была вполне обыденной, ведь Киске очень часто сутками пропадал в своей комнате, обдумывая очередной проект или пытаясь составить план.
Урахара запустил ладони в волосы и устало выдохнул, прикрывая глаза и прикладываясь щекой к прохладной поверхности рабочего стола. Проблемы, которые должны были исчезнуть после победы над Айзеном, навалились огромным снежным комом, который становился все больше, в последние семнадцать месяцев. Если обобщить ситуацию, то проблема была одна - Куросаки Ичиго. Наверное, кто-то мог бы сказать, что это никак не касается Киске, ведь не он же потерял свои силы, однако, как-то так вышло, что Урахара снова был в центре событий. Косвенно, конечно, ведь Ичиго он за все это время видел, от силы, раз пять, да и то издали, предпочитая не приближаться. Но Урахара так же понимал, что он был тем самым человеком, который должен был протянуть руку помощи.
Киске не выходил из-за стола уже больше суток - лишь Тессай заставил пару раз встать, чтобы перекусить - он думал: думал слишком много, слишком обстоятельно - в нем часто бывало непозволительно много этого "слишком" - стараясь собрать весь пазл как можно скорее и увидеть картину целиком. Киске ненавидел чего-то не знать и не понимать, хотя и никак это не афишировал - было как-то не до собственных "люблю/не люблю". Надо было действовать и быстро. В целом и общем, картина оказывалась далеко не радужной, особенно поражало то, что Общество Душ предпочитало хранить молчание и вообще никак не вмешиваться в сложившуюся ситуацию - как когда-то давно, когда сам Урахара был капитаном, а вайзарды еще и не подозревали о том, что их ждет в недалеком будущем - если бы они и вмешались, то обязательно сделали все в десять раз хуже (спасибо вам, за мудрейшие решения, Совет 46-ти, ваша помощь была бесценной). Если Урахара и злился на происходящее, то предпочитал задвинуть это как можно глубже и дальше, чтобы не мешало трезво мыслить. Сейчас Киске мыслил трезвее некуда.
В голове был уже четко выстроенный план, но Урахара никак не мог свести концы с концами и определить, чего же не хватало в его простом плане - а не хватало чего-то невероятно важного, тут не было сомнений. По мнению многих, Киске был непревзойденным гением, который мог решить любую проблему, всего-то и надо было, что дать ему время. Уж времени было предостаточно, как ни посмотри - семнадцать месяцев походили на семнадцать лет, каждый день Урахара возвращался к мыслям о том, что бы он мог сделать для юного Ичиго, который точно скоро сломается - но все планы проваливались один за другим, даже позитивно настроенный Урахара начинал унывать и терять надежду. Что-то не складывалось, чего-то не хватало. Чего же?
Урахара поднял голову и пробежался взглядом по исписанному листу - в голове и правда выглядело понятнее - и внезапно он вздрогнул, удивленно сморгнув. Решение пришло неожиданно и как-то легко, будто все это время крутилось в голове: он и раньше об этом думал, но старался не зацикливаться, потому что план выглядел более чем бредово, но в то же время... Гениально. Это было гениально и просто. Настолько, что Урахаре хотелось огреть себя чем-нибудь тяжелым за то, что так долго отгонял от себя эту мысль.
Ичиго нужна была помощь, но помощь не Урахары, а кое-кого другого - тех, кто, возможно, и вовсе откажется помочь. Оставалось лишь продумать, как воплотить план в жизнь.

+2

5

Последний предсмертный истошный крик разнёсся по пустынному широкому переулку. Эту «молитву» дано услышать не многим. Здешний живой мир ещё крепко спит, а тем, кто находится под чёрным знаменем цифры тринадцать, приходится в очередной раз вступать в бой с нечистью, которой вздумалось выбраться из своего грязного и пыльного угла, дабы полакомиться душами.
- Проклятье. Этот город, словно лес Меносов, - холодное лезвие тяжёлой катаны, легло на широкие плечи, выдыхая раскалённые невидимые искры после боя. Рослый мужчина в белом изодранном хаори отстранёно наблюдал мучительную гибель Пустого. Демон из нижних земель корчился в агонии, пока его тело, в конце концов, не превратилось в прах. Это был уже четвёртый поверженный за минувшие сутки прибытия Зараки в мир смертных.

Пожалуй, стоит сразу разъяснить, что целью сего визита являлась далеко не охота за разношёрстными душегубами. В Сейрейтейе было полным полно других важных и неотложных дел. Но совершенно внезапно лейтенант одиннадцатого отряда отстранила их от капитана, ну, или наоборот, и послала его за гостинцами к «полосатой шляпе» в Каракуру. Начертив несколько кривых линий на листе бумаги, это якобы была дорога до места, где обитал ныне отщепенец Общества душ, Ячиру уверенно всучила «карту» в руки Кен-чана и была такова. А что же до самого командира? Всё очень просто. Он как обычно потерялся и нашёл приключений на свою твердолобую голову. В общем-то, всё по известному сценарию. Топографический кретинизм прогрессировал, а Зараки с каждой минутой зверел всё больше.
- Ладно, посмотрим ещё разок, - в который раз Кэнпати  вновь пытался понять эту особенную «карту» в своих руках. Крутил-вертел, а пунктов «А» и «Б» так и не разобрать. Такими темпами можно бродить по городу живых ещё несколько суток, а делать одолжение слабым людишкам в «уборке мусора», ой, как не хотелось. Тут и без него полно охранников. Так бы, наверное, и случилось, если бы не та самая проруха – воля случая, которую закалённый в боях шинигами, ну, очень не жаловал.

Погибший Пустой оказался в этом районе не просто так. Он преследовал свою жертву, а наткнулся на собственного палача. Зараки заметил маленькую девчушку не сразу. Она тихо затаилась за широким серым фонарным столбом и видимо наблюдала эту небольшую скорую потасовку среди улицы. Цепь Судьбы была ещё крепка, и этой душе плюс действительно повезло, что горе-командир затерялся именно здесь.
- Знаешь, там откуда я родом, принято не оставлять после себя долгов, - Зараки вернул меч в ножны, и всего в несколько широких шагов сократил расстояние между собой и случайной маленькой свидетельницей, - То есть, равноценный обмен. Понимаешь?
Мужчине пришлось опуститься на корточки, чтобы заглянуть в лицо испуганной девчушке. Впрочем, легче от этого не стало. Она, конечно, кивнула в ответ, мол, понимает, но после по улице разнеся жалостливый плач.
- Тише. Не собираюсь я тебя пугать. Просто может быть, ты знаешь, где здесь поблизости есть хотя бы один магазин сладостей? Старый такой, непримечательный. А? Очень бы помогла.
Девчушка потупила взгляд в сторону, а после несмело подняла руку и указала в сторону соседней улицы. Переулок вёл к небольшой автомобильной дороге, за которой неаккуратно были разбросаны одноэтажные дома. Выходит, он всё такие верно читал эту «карту»?
- Понятно, - сухо усмехнувшись, Зараки выпрямился во весь рост, пытаясь выгнать накопившеюся усталость, - Ну что, отправить тебя туда, где тебе, и положено быть?
Ритуал погребения – неотъемлемая часть работы шинигами уже с давних времён. Но вот на своём веку Зараки совершал его всего лишь раз. 
- Впрочем, если бы меня тогда спросили об этом, я бы пустился прочь со всех ног. Бывай, - махнув рукой, капитан одиннадцатого отряда неспешным тяжёлым шагом пересёк переулок и направился к дороге. Ему не хотелось становиться её проводником в силу многих причин, которые он предпочёл немедля сокрыть глубоко внутрь холодного разума.

Похоже, удача действительно решила прекратить свои испытания. Спустя целые сутки Зараки наконец-то нашёл, этот чёртов магазин сладостей. Понапрасну не церемонясь, он ступил на скрипящий деревянный порог и резко раскрыл дверь перед собой.   
- Ну и местечко. Чёрт ногу сломит, чтобы найти этот магазин!

Отредактировано Kenpachi Zaraki (2015-07-04 00:58:40)

0

6

Улькиорра хмыкнул. Другой реакции от своего соратника он и не ожидал, ведь особой дружбы между ними никогда не водилось – едва ли не бывшие враги. С чего бы взяться ей сейчас?
Только Четвертый заранее для себя все решил. Им стоит держаться вместе хотя бы для того, что бы как-то продержаться в этом мире. Джагерджаку ли рассказывать о том, что вместе всегда легче, чем порознь? К тому же, особых оснований для недовольства у Улькиорры не было. Пока что.
- Но ты можешь остаться здесь, если моя компания тебя не устраивает. – Шиффер развернулся и зашагал туда, куда идти хотел меньше всего. Под ногами неприветливо скрипел песок, и если бы у Кватро был выбор, он бы направился в эту сторону в самую последнюю очередь.
Развалины Лас Ночес, как огромные айсберги, разбросанные по барханам, были, кажется, абсолютно пусты. Улькиорра не чувствовал реяцу, хотя бы самой капли, чтобы определить, жив кто или нет. Тем лучше. Может, им удастся найти себе хотя бы убежище на первое время, пока силы не восстановятся, пусть и на четверть. Это будет куда лучше, чем есть сейчас.
Огромные бетонные глыбы, раскиданные по округе, все же настораживали. Не зря запрещались бои между членами Эспады, а всем, начиная с Четвертого, не разрешалось высвобождать занпакто. Цитадель Айзена, как замок из песка на морском берегу, не выдержала и одной ударной волны, всего лишь одного нападения. И уже разлетелась, как карточный домик.
Мысль об Айзене заставила Шиффера едва заметно нахмуриться, сжать пальцы в кулаки и привычно спрятать руки в карманы. Они ведь не знают, что с ним случилось, не имеют ни малейшего понятия. Жив ли он или мертв? Победил или проиграл? Учитывая то, во что превратилось его драгоценное жилище, ответ был абсолютно очевиден, он лежал на поверхности. Он всегда там находился, просто преданный, как пес, Кватро не всегда хотел замечать этой правды, хотя чаще всего был точен в своих предположениях и высказываниях. Либо Айзен-сама достиг своей цели и просто выкинул их, как ненужные поломанные игрушки, уже изрядно надоевшие, потрепавшиеся, либо просто проиграл. В любом случае, бывшие члены Эспады, сколько бы их не осталось сейчас в Уэко Мундо, были сами по себе.
И вряд ли они сильнее того мира и тех обстоятельств, в которые их загнал чужой умысел. Улькиорра охотно признавал: быть марионеткой в чужих руках не так тошно, как быть подчиненным иллюзорной силе, видеть то, чего нет на самом деле.
И все равно, Шиффер был уверен – стоило ему увидеть Айзена-сама в живых, как отвращение к Лас Ночес исчезнет, как появится та самая ненавистная остальным преданность. Возможно, стоило бы подумать над этим. Но пока лучше поразмышлять о проблемах куда более насущных, чем мифическая встреча с бывшим главой.
Оказавшись под обломком, в тени, Улькиорра закатал изодранные, грязные рукава, проверяя себя на наличие ран. Мелкие ссадины и царапины, синяки, а иногда и больше порезы – все затягивалось крайне медленно. Хваленая регенерация Четвертого, кажется, почти изжила себя, собирая полудохлого (или дохлого?) Шиффера по частям, по песчинкам со всей пустыни в Уэко Мундо. Интересно, боеспособен ли он?
Обернувшись на Гриммджо, Улькиорра поправил свою одежду и убрал руки в карманы.
- Секста. Попробуй ударить серо в глыбу.
Для того, чтобы выжить, нужно охотиться на пустых. Нужно хоть что-то делать, только не сидеть на месте. Кватро понимал, что все его силы сейчас уходят на восстановление целостной оболочки. Интересно было, что происходит у Шестого.

+2

7

Гриммджо никогда не испытывал к Улькиорре особого интереса.
Хотя, нет. Нечто такое, чему можно было бы уделить немного внимания, в поведении Джаггерджака все-таки проглядывалось.
Он хотел сорвать с лица Шиффера маску. Беспрекословное подчинение, постоянное спокойствие и безразличие ко всему окружающему вынуждали Гриммджо скрипеть зубами от злости и часами думать о том, как он сможет разодрать острыми когтями эту отвратительную вещь, сковывающую чужое лицо. Но Джаггерджак все-таки боялся возможности разочарования. Он боялся не увидеть за фарфоровым изделием испуг и страх от надвигавшейся опасности. Гриммджо мог разглядеть там все то же неживое выражение, не выказывавшее заинтересованности совершенно ни к чему в этом мире. 
Насупившись, арранкар взглянул в сторону быстро уходившего Кватро и, поколебавшись ровно одну секунду, двинулся следом за ним. Разглядывая спину, обтянутую грязной и помятой формой, под которой скрывалась все еще прочная кожа, наполненная малой частью той духовной энергии, что была у Улькиорры, Гриммджо подумал о том, что никогда не считал Шиффера действительно преданным. Вот честное слово. Джаггерджак размышлял на самые разнообразные темы вплоть до того, что Кватро готовил тайный переворот, в результате которого свергнет Айзена с его трона и сам почетно присядет в предоставленное ему место. Но чего-то подобного так и не произошло, поэтому на Сексту нахлынула некоторая доля неудовлетворенности.
Мысли о том, где сейчас мог находиться устроивший все это Айзен и что с ним происходило, вообще никак не волновали Джаггерджака, а желание выяснить, что с ним, нужна ли ему помощь и смогут ли они вытащить его из трудной ситуации, получило от ворот поворот и было выслано за пределы сознания в самый дальний ящик жалоб и предложений.
Сосредоточенно прощупав пекисой обширное пространство, Гриммджо пришел к выводу, что никаких сильных всплесков духовной энергии он не заметил, значит, они действительно здесь одни. Из Эспады.
Увидев, что идущий впереди Шиффер остановился, Джаггерджак тоже притормозил, а затем перевел взгляд на белоснежную глыбу, в сторону которой указал Улькиорра.
Духовная энергия слабыми волнами перекатывалась по телу и постепенно возвращалась обратно, восполняла арранкара былым могуществом и силой. Но все это было медленно. Слишком медленно. Отягощало и вынуждало задуматься о том, каким способом можно вернуть ее гораздо быстрее. Тем не менее, Джаггерджак хмыкнул и тут же обратился к самому Улькиорре:
- Что, неужели у тебя не осталось реяцу даже для такой мелкой херни? – ухмыльнувшись, Гриммджо придирчиво рассмотрел предоставленный ему объект для разрушений.
Сил для полноценного серо у Джаггерджака еще не поднакопилось, но на довольно-таки приличный удар, способный разрушить эту глыбу, должно хватить.
Легкие покалывающие разряды принялись стремительно скапливаться в центре кисти левой руки, скрутившись в один единственный поток, приготовившийся вырваться наружу. Мгновение - и яркое красное серо вырвалось из клетки, разбив препятствие на своем пути и растворившись в пространстве.
Оставшаяся энергия быстро покинула тело, и Гриммджо еле-еле удержался на ногах, чтобы снова не рухнуть на отвратительный белый песок, покрывавший все вокруг. Да, это определенно отняло у него добрую часть оставшейся реяцу, но ничего, скоро она вернется. И не часть, а вся полностью. Вот тогда он сможет уничтожить всех и каждого, кто только посмеет ему помешать и встать на пути к нужной цели.

Отредактировано Grimmjow Jaegerjaquez (2015-07-13 00:14:02)

+1


Вы здесь » BLEACH: UMBRA » V. quest zone » Пролог. Квест 1.1 "Not dead enough"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC